Тема дня

Жаркая, нерусская погода…

Автор: Михаил МАТЮШЕНКОВ 20 Февраля 2014 PDF Печать E-mail

Смоленские губернские ведомости. Жаркая, нерусская погода…

Меня призвали в армию в октябре 1983-го со второго курса «педов». Не знаю, как это выглядело раньше, но при Юрии Владимировиче Андропове студентов со всей страны из вузов, где не было военных кафедр, забирали в войска

Домодедово, самолет, перелет, Красноводск. Короче - Краснознаменный Среднеазиатский пограничный округ. Спускаюсь по трапу и думаю: куда я попал? Впереди, насколько хватает глаз, только песок, колючка и верблюды на горизонте. Затем пассажирский поезд до Кара-Калы, 47-й пограничный отряд, иранская граница, курс молодого бойца. Короче, обычная рутина первых месяцев службы, из которой запомнилась одна встреча. Нас, молодых «бойцов», как-то собрали в гарнизонном клубе. Перед нами выступал офицер из округа. Ничего особенного - речь как речь: вы пограничники, передовой отряд, Родина доверила, а в конце, глядя в зал, он бросает такую фразу: половина из вас окажется за речкой, готовьтесь. Я ее пропускаю мимо ушей, помня наказ своей бабушки, типа: за службой не гонись, прикажут - берись. А кто-то писал рапорты: прошу направить и т.д. Правда, следует признать, что войной дышало все вокруг: о ней говорили как о чем-то само собой разумеющемся факте, который не обойти и не замечать просто нельзя.

В феврале 1984-го я попадаю на «четверку» - 4-ю погранзаставу «Баят Хаджи» (сколько времени прошло, а помню). Прикаспийская низменность, полупустыня, пограничная река Атрек: левый фланг, правый фланг. Пять туда, пять обратно, пять вперед, пять назад, в смысле км. На той стороне пост стражей Исламской революции с веселой надписью на стене: «Смерть Америке, смерть СССР».

В июле новый поворот в службе - переводят на 16-ю конную заставу «Шали Чекен». Там уже сопки, машинка не всегда тянет, поэтому кони и с флангами посерьезнее - 11 и 8. Нас 18 человек, из нарядов не вылезаем, а из радостей - баня, кино, дни рождения да автолавка. Свет несколько часов в день, пока работает дизель и заряжаются аккумуляторы и батареи. Ночью фонари, керосиновые лампы, и никаких тебе нарушителей госграницы. Это только в фильмах романтика и постоянное ожидание опасности, а в жизни сплошь рутина и обыденность, одни и те же лица. Говорю про себя, про то, что видел и в чем участвовал.

Декабрь полностью перевернул мою солдатскую судьбу. Фраза так себе, но это правда. Начальник заставы вызывает в кабинет меня и еще одного парня из Иванова, выдает предписания: в отряд, бойцы, не смею задерживать. Прибываем, а там нас под белые руки - и в кадры. Капитан списки составляет желающих «за речку». «Ну, как, - спрашивает - пойдете?» «Пойдем». Граница уже порядком поднадоела, а тут определяют на войну. Да и не принято было отказываться от такого предложения Родины. Дальше Кара-Кала - Кизил-Арват - Ашхабад - Бухара - Самарканд - Керкичи - р. Амударья - Керки. А это уже рядом с войной. Лежу на кровати в палатке, заходит старлей и с порога: кто желает служить в ДШ-а? «А это, что такое?» «Обещаю, что будет очень трудно и очень весело». Не обманул. И того, и другого за год хватило с избытком. Чем мы занимались? Границу охраняли, только с той стороны. От Кушки на западе до Горного Бадахшана на востоке. Уничтожали, по возможности, бандформирования, инфраструктуру (схроны с боеприпасами и оружием, базы, технику), перехватывали караваны, помогали местной власти осуществлять законную деятельность на закрепленной территории. Как? Одна из первых операций. Перед вылетом всему ДШ-а доводят приказ - что и как. Карты, схемы. Задача: блокировать кишлак такой-то, огня не открывать, контролировать ситуацию. Туда будут заходить афганские подразделения и забирать призывников в армию. Сели, заблокировали. Сорбозы с царандоем по домам разбрелись, крик, плачь. Народу подсобирали, по машинам рассовали и вперед, служить.

А вообще, война - это такая адреналиновая штука, что если раз попробовал, захочешь еще. Мы прилетаем в расположение после операции, сразу баня, посылки, письма, какой-нибудь фильмец. День отдыха. Потом чистка оружия, перетряхивание всего и вся, в общем, полный учет еды, боеприпасов, одежды, различных вещей и принадлежностей, необходимых на боевой операции. Дальше все - организм требует адреналина. И когда вечером нас строили и ставили задачу, народ просто своим поведением как бы говорил: ну, наконец-то. Утром «вертолетка». Кровь потихоньку закипает перед посадкой в борт. Пик волнения приходится на высадку, особенно, если с земли начинается обстрел. Значит, все начнется быстро, без раскачки. Помню 1 апреля - «День смеха», - нас высадили перед кишлаком в абсолютной тишине, а потом как началось. Три «двухсотых». Там офицера на открытой местности тяжело ранило, его стали вытаскивать, тут еще одного нашего подстрелили, позже третьего. До госпиталя никто не дожил. Больше никогда такого не было. У меня уже дома как-то спросили про самые большие потери в бою, я ответил. А в ответ слышу, да какие это бои, всего трое. Дурачье. Самое главное для боевого подразделения - выполнить поставленную задачу с наименьшими потерями, а лучше вообще без них. Вот где проявляются выучка и крутость.

Ну и пару слов о везении. Как-то в октябре вылетаем в зону ответственности Московского погранотряда. Десантируемся, входим в кишлак и в течение дня ведем боевые действия с местной бандгруппой. На ночь выходим за его пределы, блокируем «бесов» и окапываемся. Нашей боевой группе достаются дорога и арык рядом с ней. По команде сверху (уже не помню почему) подходы к позициям запретили минировать и устанавливать сигналки. Ночь, дежурим по двое, и тут прямо на нас просто вываливается группа вооруженных мужиков. Они-то опытные, знают, что шурави устанавливают перед позициями сигнальные мины. А их нет, значит, и шурави нет. Ну, мы почти в упор и жахнули из всех стволов. Как только рассвело, пошли посмотреть на свою работу. Я столько убитых в одном месте никогда не видел - ни до, ни после. К нам на позицию народ валил как в мавзолей.

Михаил МАТЮШЕНКОВ , корреспондент «ВЕДОМОСТЕЙ».

Годы службы: 1983 - 1985. Служба в ДРА: январь - декабрь 1985 г., Керкинская ДШМГ ПВ КГБ, пулемётчик.

Фото из архива автора.

P.S. Из нашей ДШМГ двое стали Героями Советского Союза. С моей первой заставы. Вот так мы служили Родине.

Необъявленная война

В Смоленске прошла научно-практическая конференция, посвящённая 25-летию со дня вывода советских войск из Афганистана

15 февраля исполнилось 25 лет, как советские солдаты покинули страшное поле битвы Афгана. Интернациональный долг в Афганистане выполняли почти пять тысяч смолян, 90 из них погибли.

Конференция в КДЦ «Губернский» была организована областным отделением всероссийской общественной организации ветеранов «Боевое братство» при помощи Военной академии войсковой ПВО ВС РФ имени Маршала Советского Союза А.М. Василевского.

Здесь собрались представители власти, общественные военно-патриотические организации, участники боевых действий, родные воинов-интернационалистов, военнослужащие, студенты военно-учебных учреждений, школьники.

Вначале состоялось чествование родителей погибших защитников, затем воспоминаниями о службе в Афганистане, уроках той войны поделились ее участники и очевидцы событий.

Кстати, по словам директора Смоленского музея-заповедника Николая Соловьева, одним из итогов конференции стало решение о создании в Копытенской башне крепости музея воинов-интернационалистов.



Добавить комментарий


Защитный код
Обновить